Визард имели хорошее восприятие, которое

Визард имели хорошее восприятие, которое бы помогло им понять не только это, но и с высокой точностью идентифицировать, что же именно происходило. У него была больше способность к мантипуляции. Но он знал, кто может ему помочь.
Через пять минут Харамонд Вспум, повинстю одет и экипирован, уже шел по внешнему перехода к прежнему хранилища отработанных отходов, а ныне-Святыню Брума.
Конечно, он мог бы пойти туда, и сев в центре переплет энергетических потоков сити и открыть свой разум Голоса, который бы нашептал ему в уши все ответы. Однако тревога была такой сильной, щоВспум решил обратиться к Патриарха Виллерс Шанайського кому бы еще чувствовать, как не ему - он так был в постоянном контакте с Брумом, его искусство слушать было уникальным. Именно за это его и выбрали для высокой должности.
Однако не надо путать, Рапота подумал Вспум. Виллерс-лишь советчик, наставник, а не властитель. По сути есть только один Володар-сам Брум. Мы все - дети Его, а значит должны уметь друг с другом договориться. И жить так, как Брум нам велит. То есть никакой власти нам не надо.
В Святыни царил полумрак, который разгоняло только тмяне ряхтиння светящихся Пилу. Виллерс видно нигде не было. Возможно, он спит? Но нет - вдруг Вспум увидел Патриарха, который сидел на подушке прямо перед самым Стинником и тихо шептал слова. Когда Харамонд зашел, патриарх прервал диалог с Бруом. Вспум попытался неслышно выйти, однако Святой Отец тихо сказал: "Не уходи".
Вспум остановился.
"Я не хотел вам помешать ..."- попытался оправдаться он.
"Ты мне не помешает, сын мой. Подойди и сядь возле меня".
Виллерс был всегда очень добр и внимателен. Он никогда не ссорился, только наставлял. Он никогда никому не причинил вреда, зато имел чудесный дар исцелять-как телесные повреждения ка так и духовные раны. Виллерс всегда имел время выслушать каждого, кто хотел ему что-то сказать, даже если у него скамогь были дела поважнее. Он давал советы всем, кому они были нужны.Он постоянно говорил с Брумом, и передавал его слова другим, он собирал знания, которыми потом так же делился, а еще он познавал тайны могущества, которую употреблял почти никогда. Пока, что.
"Что ты хотел узнать?"
"Я почувствовал ... Какую тревогу Возможно ... А вы почувствовали тоже?"
"Почувствовал"-медленно ответил патриарх - "Слышал я все. Брум не отвечает на мои вопросы, что означает, что здесь не имеет, что ответить: вопрос настолько простое, щомы и сами, с нашим ограниченным кругозором здтни найти на него ответ" .
"Тогда я даже не знаю, щой сказать ..."- Вспум понял, что его последнюю нить докопаться до правды Урвана.
"Не надо ничего говорить ... Надо слушать и думать".
Ну и о, что думать?-О себе спросил Вспум. Иногда его раздражала спокойная поведенка патриарха. Чего же он такой медленный на подъем, неужели он не понимает, что, то случилось?
Но эти слова говорил только адреналин, его тревога. В действительности он понимал, щоВиллерс прав. Надо подумать.
"Или тебя, то волновало последнее время?" - Спросил патриарх .- "Нечто особенное?
Ответ не заставил себя ждать.
"Экспедиция Визард к нам. Рейд на Чернобыль".
Патриарх знал о Экспедицию, но почему не расценивал ее угрозу реально. Конечно, он просто дрейфовал в высших сферах, для него этот мир существовал только где-то внизу. Виллерс завис в эфирном пространстве между небом и землей. Он беседует с Брумом, совершенствует себя, пытается идеализировать собственную душу и очистить ее. Он выпускник классической школы Двиппив, монах полностью замкнут на делах, неведомых простым смертным. Конечно, таким он и должен быть. Наконец, он-Верховный Патриарх, а они все такие и есть. Он наставлять всех, всем подавать пример. А вот будничные дела должны улаживать ниже жрецы-вроде Харамонада Вспума.
Даже если бы на станции произошла еще одна катастрофа, неизвестно было, Виллерс воспринял это как-то больше чем укус осенней мухи. Он бы даже не заметил, возможно, как его чистая душа покинула тело грешное и воссоединилась с Брумом.