Метели ранней зимы случались почти

Метели ранней зимы случались почти каждый день, и окаменевшую воду едва успевали расчищать на путях сообщения. Самая улица-Сечевая-была почищена и хорошо обработана. За ней следили особенно тщательно. С одного конца улицы сидел на коне Богдан Хмальницький. Также припорошенный, он суровым взглядом осматривал город, указывая булавой на Варшаву, а пальцем (указательным) на Киев.
Сохранился в Олд Йорке и так называемый "Американский Квартал". Здесь особенно много было английского языка, было посольство США и некоторые другие интересные вещи. В частности дом, точная копия Капитолия. Центром этого квартала считали площадь, на которой возвышался монумент Вашингтона. За несколько улиц стоял памятник Гуверу, на котором кто синим цветом написал: "Требуем правды о" Сектор Семья! " К сожалению, и после этого высказывания в Интернете ни одного официального сообщения об этой организации не появилось.
Главной (и самой) Олд Йоркской площади была Площадь Гетманата. Посреди нее возвышался монумент Грушевского. Председатель УЦР сидел на стуле, смотрел в небо и о, то размышлял, гладя свою длинную бороду. Сейчас на ученому, как и на всем остальном, лежал снег. Но он все равно не скрывал проницательного взгляда его умных глаз.
Напротив Грушевсь был вход в пирамидной здания. Над входом был выгравирован трезубец и слова: "Мавзолей Украинских Националистов". С этого здания веяло холодом. Она была залита светом свечей, и включала в себя большую квадратную комнату, где строкой стояли монументы и восковые фигуры националистов и государственных деятелей. На табличках под ними были написаны (по старому правописанию) их имена. Ярослав Мудрый. Владимир Великий. Владимир Мономах. Дмитрий Вишневецкий. Иван Подкова. Богдан Хмельницкий. Пилип Орлик. Иван Мазепа. Михаил Грушевский. Симон Петлюра. Степан Бандера. Роман Шухевич. Василий Стус. Левко Лукьяненко. И многие другие. Такая небольшая с виду пирамида совмещала в себе историю.
За Мавзолеем вверх торчала Желтая Стена. Она была настолько высока, что, бывало, блокировала Солнце.Говорят, что этот был фрагмент стены, ограждал штатское военную базу, в которой зародился Олд Йорк. И хотя внизу она была уже избитая совковыми пулями и исписана националистическими фразами, но сверху, чистая, гладкая, она до сих воплощала гордость Америки. На нее невозможно было залезть-таки отчаянные уже находились. Прыгнуть с нее значило умереть - и это уже проверяли. Эта стена стоит того, чтобы на нее взглянуть.
С противоположной стороны от Стены стоял роскошный дом Центральной Рады Олд Йорка. Он был большой, двухэтажный, с большим стеклянным куполом, на котором возвышался бронзовый шпиль с флагом. В грозу в этот шпиль не раз наводили молния, и сгоревший флаг приходилось менять. Здание было обнесено юулим мрамором, с окнами в деревянных рамах и дубовыми дверями. Места в ней делили три партии-ОУН в большинстве, и несколько других, таких как "Наша Украина" или "Национальная Демократическая Партия", составлявшие оппозицию. Кроме того, в здании размещалась администрация мэра и кабинеты многочисленных городских союзов и организаций-Малого совета ОУН, Великой и мудрой союза интеллигенции, Всеукраинской Коалиции Писателей, международного объединения физиков-ядерщиков, союзы астрономов, академии Света и Тьмы и многие другие. Для всех их к основному зданию Совета было сделано множество достроек, которые были скрыты в парке, щооточував Площадь Гетманата. В это время года на Совете тоже лежал снег.
По площади ходили туда-сюда молодые казаки-отрабатывали строевую к какому празднику. Они шагали не хуже Почетную Стражу Президента и пели героические песни. Они как раз затянули песню Багряного, когда мимо них прошел молодой человек. По обычаю, он снял шапку, а казаки его поздравили. После этого Ясенец засобирался в Центральной Рады.
Ни он, ни казаки, продолжали ходить и петь, не представляли, щоскоро здесь станет жарко. Настолько, что весь снег растопится, и рекой потечет по площади.

ГЛАВА 4
Путь Двиппив
По Зале Собраний Малой Рады ОУН гремели аплодисменты.